Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 
Вадим Колесниченко о государственном устрое: Федерализации Украины или феодализации Украины?

Вопрос федерализации Украины – не более чем политическая манипуляция с подменой понятий

В понедельник Вадим Колесниченко уже в который раз вспомнил о прелестях федерализма. Леонид Кучма же в очередной раз заявил об опасности федерализма. На минувшей неделе голос из Москвы в очередной раз сказал о её неизбежности.

Разговоры о федерализации Украины, которые начинаются каждый раз, когда общество не может докричатись до власти, мне лично напоминают не очень приличный анекдот о двух джентльменах на рыбалке. Тот самый, где один поймал русалку, полюбовался и отпустил. А на недоуменное «почему?..» тот ответил: «Но как?!».

Сразу оговорюсь: речь идет прежде всего о такой же технологии манипулирования электоратом и его консолидации через подмену понятия и раскол общества, как в случаях с языком, религией, «фашизмом» и «антифашизмом», правами меньшинств и т.д.

Будем откровенны: если, к примеру, перспективным с точки зрения сплочения количества избирателей, большей, чем статистическая погрешность при подсчете голосов, будет вопрос запрета на эпиляцию зоны бикини, то этот вопрос рано или поздно встанет.

Но представим, хоть это и нелегко, что в разговорах о федерализации нет манипулятивной составляющей. И предметом обсуждения является ни что иное, как создание федерации. Или кто-то из федерализаторов имеет ответ, какой совокупностью признаков должна характеризоваться Украинская Федерация?

Начнем с принципа строения федерации

В общем случае федерации подразделяются на договорные и конституционные. В их основе лежат два диаметрально противоположных принципа – консолидации и разрушения. США и Германия – классические, диаметрально противоположные примеры. В первом случае федерализация была способом добровольного объединения ради выживания, во втором – вынужденного разъединение ради спокойствия соседей. Какую модель и с какой целью предлагают нам? Ответ становится очевидным, как только начнешь задавать следующие вопросы.

К примеру, о которой федерации речь должна идти – территориальной, национальной или смешанной? Фактически, некоторые признаки последней в Украине уже имеющиеся – вспомним автономный статус Крыма. Но чем обосновать попытки распространить эту модель на всё государство? За исключением Крымского Полуострова, украинцы составляют абсолютное или подавляющее большинство во всех регионах. Предусмотрено предоставление статуса субъектов федерации между территориальными единицами (ныне – районам), где преобладают меньшинства? И сколько тогда у нас будет таких образований?

Да и вообще, что собой должны представлять субъекты федерации?

Независимо от причин возникновения такой формы государственного образования, её составляющие всегда создаются по принципу историчности. Какую точку отсчета брать? Чисто гипотетически, в наибольшей степени подошла бы Высокое средневековье, когда различные княжества, составляющих нынешнюю Украину, на самом деле были самоуправляющимися образованиями, связанными системой вассальных связей. Поэтому, с определенной натяжкой эту модель можно считать федеративной.

А если еще восстановить монархическое правление каждым из субъектов – хоть выборное, то вообще получится образцовое государство вроде Малайзии или ОАЭ. Федерация Украинских Княжеств – звучит! А главное, такая модель обеспечит непреклонность местных элит независимо от результата выборов, что и является одной из целей этого проекта. То есть, таки имеется в виду не федерализация, а феодализация? Сюзерен правит, знать служит, чернь обеспечивает – и этот статус консервируется на законодательном уровне.

При том, местная корона может вполне легально писать конституции, раздавать паспорта и должности «правильным людям». Не только удобно, но и обеспечивает защиту от всяческих неконституционных действий вроде разноцветных революций. А еще – гарантирует лояльность федеральному центру, пока он не слишком интересуется сделками удельных народных избранников.

Собственно говоря, эта схема уже давно и плодотворно работает в ряде субъектов одного соседнего государства, и, если бы не это, это соседнее государство бы можно было считать унитарным и жестко централизованным, несмотря на зафиксированный в названии статус.

Имитация федерализма путем передачи определенных административных функций и признаков автономии силой присоединенным провинциям вообще является российским ноу-хау. Впрочем, это не та схема, внедрение которой лоббирует Москва в Украине.

Кстати, еще один вопрос: будет ли эта мнимая федерация мягкой или жесткой?

То есть, будет предусматривать федеральное законодательство возможность выхода субъектов из состава государства и на каких условиях? Кстати, даже в мягких федерациях, вроде СССР или США процедура выхода или не прописана, или так запутана, что сводит на нет саму возможность сецессии. Будет ли учтен этот опыт? Просто интересно – столько всего наговорено, а такой важный нюанс все время обходится вниманием. От нас что-то скрывают или просто настолько серьезно игнорируют?

Смежный вопрос: ни в одной из моделей федеративные участники не могут быть субъектами международных отношений и тем более заключать соглашений, которые противоречат интересам центра. Или Украина будет первой? Чтобы иметь возможность интегрироваться и в ЕС, и в ТС на существующих условиях?

И напоследок несколько слов о подмене понятий

Когда тот же Вадим Васильевич Колесниченко говорит о децентрализации бюджета и властных полномочиях и передаче их на места, приближение власти к населению и снижение ценности полномочий президента и депутата ВР, он молчит о том, что всего этого можно достичь, не трогая Конституцию. Достаточно провести обычную административно-территориальную реформу, как это сделали вполне унитарные Чехия и Польша. Однако скакать на лошадке федерализма гораздо выгоднее.

Алексей Кафтан

Читайте по теме:

  1. Федерализация Украины. Донецкий регион против Мариуполя – второй фронт партии региона
  2. Федералізація України – що це таке? Федерализация Украины – что это?