Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Георгий Гайдамака из Крыма пристрастился к наркотикам в возрасте пятнадцати лет. Начинал он с относительно легких препаратов, но в 2006, в 21-летнем возрасте, перешел на тяжелые наркотические средства. Вскоре он понял, что ему нужна медицинская помощь.

Гайдамак обратился к наркологического диспансера Симферополя и почти через два года, в 2008, стал одним из первых пациентов заместительной поддерживающей терапии (ЗПТ) на Крымском полуострове.

ЗПТ дает возможность заменить нелегальный, например, героин или опиум, легальные, с долгим эффектом, но гораздо менее вредные препараты: метадон и бупренофин. Именно эти препараты распространены в практике заместительной терапии. Применяемые под медицинским наблюдением, например, narko-stop, они помогают пациентам преодолеть физическую боль в период, когда человек с наркозависимостью перестает употреблять наркотики.

Однако после аннексии Крыма Россией в 2014, а потом – войны на Донбассе ситуация кардинально изменилась для пациентов, проживавших на этих территориях. Причина – российское законодательство теперь распространяется и на оккупированные территории, категорически запрещает ЗПТ. Итак Гайдамака, вместе с другими 805 пациентами заместительной терапии, был вынужден переехать из Крыма на территории, контролируемые украинским правительством. Некоторым из этих людей удалось найти работу и жилье, некоторым – нет.

"Те, кому не удалось зацепиться, вернулись в Крым. Большое количество этих людей сейчас мертвы", – утверждает Гайдамака.

Согласно данным международного благотворительного фонда "Альянс общественного здоровья", негосударственной организации, которая поддерживает людей с ВИЧ/Спидом, туберкулезом, вирусным гепатитом и пациентов ЗПТ, в 2014 году в Донецкой и Луганской областях было 1398 пациентов заместительной терапии.

Но в 2016 году на Донбассе осталось всего 579 пациентов и это те люди, которые жили на территории, контролируемой украинским правительством, из чего можно сделать вывод, что остальные 800 пациентов потеряли доступ к заместительной терапии. Однако не существует официальной статистики, что случилось с этими людьми и какой процент из них переехал в Украину, чтобы продолжить лечение.

В начале 2017 года около 9615 людей получали заместительную терапию. В этом году в украинском бюджете на ЗПТ заложено 18 миллионов гривен.

Андрей, который 12 лет был пациентом ЗПТ, сейчас работает в благотворительном фонде "Альянс общественного здоровья" и пытается помочь людям избавиться от наркотической зависимости. Он попросил не раскрывать его фамилию, потому что его работа связана с поездками на оккупированные территории и рисками для жизни.

"В Украине люди просто не понимают, что такое заместительная поддерживающая терапия, – говорит Андрей. – Они думают, это означает на легальных началах раздавать наркотические средства. Но эта терапия изменила мою жизнь".

Андрей рассказывает, что в жизни каждого наркозависимого наступает период, когда он принимает наркотики не для того, чтобы получить удовольствие, а чтобы избавиться от боли и именно в этот момент обойтись без заместительной терапии практически невозможно. Однако общество до сих пор не хочет понимать, что без медицинской помощи человек физически не способен перестать принимать наркотики.

И все же самый важный компонент в борьбе с наркотической зависимостью – желание самих пациентов изменить свою жизнь, пройти через определенное количество боли и страданий, чтобы в конце концов чувствовать себя лучше, утверждает Андрей.

"Матери приводят своих сыновей в наших центров, уговаривая начать терапию, – вспоминает Андрей. – Я смотрю на этих мальчишек и мгновенно понимаю, что они не готовы. Пройдет еще как минимум от трех до пяти лет, прежде чем наркотик начнет разрушать их тело, и они сами захотят изменений".

Однако далеко не каждый стремится этих изменений. Некоторые продолжают употреблять наркотики, день за днем увеличивая дозу, пока не наступает передозировка и как следствие – смерть.

"Вы даже не представляете, что чувствует человек с наркозависимостью, когда его лишают дозы, – говорит Андрей. – Через несколько лет употребления наркотиков организм человека перестает вырабатывать серотонин, гормон, что отвечает за способность испытывать счастье. После этого человек с наркотической зависимостью принимает наркотики, просто чтобы избавиться от депрессии".

Оккупированные территории

Хотя большинство пациентов ЗПТ переехали в Украину из контролируемых Кремлем территорий, те, что остались, рано или поздно возвращаются к приему наркотиков. Но теперь они вынуждены быть гораздо боль осторожными.

В Украине за обвинение в производстве, владении или покупке наркотиков предусмотрен штраф в размере 1700 грн, общественные работы или тюремное заключение до девяти лет, в зависимости от степени тяжести преступления. Российское законодательство за хранение наркотиков определяет наказание в размере 3354 грн и тюремное заключение до десяти лет. За производство или продажу наркотических препаратов – до двадцати лет. Тем не менее, Андрей рассказывает, что на оккупированных территориях человек может так и не получить шанс на справедливое слушание его дела.

"Задержанный может просто не дожить до собственного судебного заседания", – утверждает он.

Что делать человеку с наркозависимостью на оккупированных территориях в случае, если ей нужна медицинская помощь?

"Наиболее очевидный вариант в Донецкой и Луганской областях – умереть тихо, не привлекая лишнего внимания", – делится впечатлениями Андрей.

Если пациент приходит в больницу на оккупированных территориях, он получает лишь минимальную помощь, например, ему пропишут высокую дозу клофелина, препарата, замедляет сердцебиение, вызывает головокружение, дрожь и очень часто вводит в состояние транса. Также клофелин успокаивает людей и притамовує боль, что обязательно наступает у наркозависимого, когда он перестает принимать наркотики.

Однако это лишь временное решение проблемы. Обычно такое лечение назначается на период не более десяти дней, а после этого дозу медленно уменьшают. Когда лечение завершается, человек с наркотической зависимостью снова чувствует себя плохо, желание принять дозу возвращается, и без профессионального медицинского наблюдения и правильной – заместительной – терапии пациент, скорее всего, вернется к употреблению уличных наркотиков.