Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Из самых разнообразных прогнозов экспертов, политиков не следует, что завтра в Украине может разразиться новая революция. Большинство сторонних, западных аналитиков даже говорят, что Оранжевая революция не была никакой революцией, а всего лишь «электоральным бунтом», когда сами участники не понимали до конца как им усовершенствовать уже действующую систему, заставить уже существующие законы демократии в Украине работать. Отсюда, мол, определенная неудача.

Так что в 2004-м году были лишь намеки на слом довольно странной для демократического мира постсоветской системы управления – комбинации «постсоветщины» и «бюрократически-уголовного элитаризма», основанной на насилии и коррупции.

Говоря об Оранжевой революции и сравнивая её с чехословацкой Бархатной революцией 1989 года, бывший главный советник Вацлава Гавела политолог из Праги Йиржи Пеге сказал Радио Свобода: «Бархатная революция стала важным переломом, потому что изменила всю систему. Она ознаменовала изменения, которые привели к установлению или же возрождение рыночной демократии. Эта революция стала проявлением сопротивления и наступления против коммунизма. Случилось так, что в результате Бархатная революция в Чехословакии отличается от более поздних революций, таких, как, например, Оранжевая революция в Украине. Потому что там была, так скажем, революция против посткоммунизма, а Бархатная революция в Чехословакии была еще революцией против коммунизма».

А, например, немецкий политолог Андреас Умланд, который преподает в Киево-Могилянской академии и является членом экспертного совета в парламенте Украины, сказал Радио Свобода об оранжевых событиях в Украине следующее: «Это, конечно, не была революция. Она и не была задумана, как революция. То есть – это было электоральное восстания с целью восстановления конституционного строя, который, вообще-то, и был прописан в Конституции. Это было просто электоральное восстание или массовая акция гражданского неповиновения с целью сохранения тех прав, которые и так гарантированы в Конституции Украины… В принципе, эта система, если смотреть на формальную сторону вопроса, демократична. Есть разделение власти, она формально независима, все права якобы гарантированные Конституцией. Просто они не соблюдается в обществе».

Андреас Умланд также считает, что в чем-то события, которые называют Оранжевой революцией, были успешны: «по меньшей Мере, следующие выборы в парламент и выборы президента происходили в демократическом порядке, возросла роль гражданского общества во всем функционировании политической системы. Также выросла независимость средств массовой информации. Поэтому в чем-то это была успешная гражданская акция неповиновения».

Гражданское общество после Оранжевой революции очень рано потеряло свой энергетический потенциал?

Более поздние события в Украине привели к большому разочарованию общества в Оранжевой революции. Как отмечает тот же немецкий политолог Андреас Умланд, украинцы оказались не готовыми к постоянному гражданскому давлению на верхи с целью закрепления их стремления к свободе.

«Я думаю, что как раз успехи оранжевых событий были достигнуты к 2010 году. А потом просто пошел регресс, с приходом Януковича, – говорит он. – Произошла просто деактивизация гражданского общества, люди скоро потеряли свой изначальный энергетический заряд к свободе. Это был и результат споров между Тимошенко и Ющенко».

Андреас Умланд также соглашается, что давление на «украинские верхи» снизу был непостоянным и недостаточным: «Ну да. В этом была проблема. Действительно. Это же посттоталитарное общество, И я думаю, что в этом нет ничего особенного. Это так обычно и происходит… А сейчас просто увеличилось влияние международных игроков и организаций. То есть, Европейского союза… И сейчас существует некий двойной прессинг на правящие верхи в Украине – и снизу, и извне».

Уже упомянутый Йиржи Пеге сказал Радио Свобода, что такое своеобразное бегство от революции и от свободы наблюдается сегодня и у чехов, которые в большинстве своем недовольны достижениями либеральной демократии в стране.

«Ну да. Само собой разумеется, что никакая революция не может удовлетворить чаяния, потому что люди возлагают на такие изменений гораздо больше надежд, чем эта перемена может принести, – отмечает он. – Более того, думаю, что много людей в Чехословакии идеализировали достижения на Западе. Это касается функционирования капиталистического рынка, функционирования демократии, но они и не осознали, что есть вещи, которые не могут обойтись без прямой заинтересованности самих людей. Это означает, что процессы не могут меняться без участия гражданского общества, без его активности. Я думаю, что люди просто ожидали чуда, когда это всё кто-то за них сделает, как говорят – сверху. И по этой причине многие люди просто разочарованы, потому что просто представляли, что из этих 25 лет их государство будет немного дальше. А с другой стороны, должен сказать, что есть такие граждане, которые разочарованы сами собой, потому что политики, в своем большинстве, являются лишь отражением общества. Так что, в данной ситуации, политки те ожидаемые обществом изменения не провели в такой степени потому, что им не удалось запретить коррупцию, установить вполне правовое государство и другие демократические изменения. А это все, разумеется, означает, что имеем достаточно слабую и саму общину в Чехии».

А как же украинские политические элиты – не они ли являются отражением своих граждан в отношении свободы?

Известная украинская писательница, философ и аналитик Оксана Забужко уже после получения в польском Вроцлаве Международной литературной награды «Анґелус» за свой роман «Музей покинутых секретов», в беседе с Радио Свобода отметила, что украинцы на своем пути к свободе еще только в начале познания самих себя.

«Я думаю, что это понятно. Потому что украинцы все еще настолько не уверены в себе и настолько мало успели за те 20 с хвостиком лет нашей условной независимости сами себя познать, что они сами до конца еще не уверены в том, кто они и что это значит – быть собой, быть свободными», – отмечает Оксана Забужко.

Забужко также считает, что главный результат революции 2004 года был не на сцене Майдана

«Наша Оранжевая революция была неким аналогом чехословацкой Бархатной, по своему значению для общества и по масштабам. Извините, но главный результат был не на сцене Майдана, а главный результат был в том, что Помаранчевая революция изменила общество. Мы это прекрасно видим. И эти последние три года, если формально подходить и говорить, что вот победил тот кандидат, который в 2004-м проиграл, то это – не имеет значения. Потому что сменилось целое общество, изменились отношения власти и общества. Как раз разговоры о поражении Оранжевой революции, как для меня, – это чистой воды дезертирство, потому что как раз наоборот – такие разговоры ослабляют общество тогда, когда ему нужны силы и осознание себя. Когда требуется лечение от остатков того самого советского патернализма, где была та иллюзия, что главное – изменить председателя колхоза и тогда заживем. Нет! Ничего подобного, самим надо измениться», – отмечает Оксана Забужко.

Она считает Оранжевую революцию неудачной попыткой смены элит в Украине: «Ну, кто уже вылазит на верх, это уже зависит от того, какими мы сами есть и власть такая же, какой мы позволяем ей быть и, в конечном итоге, которой общество её заказывает. Так что весь этот процесс выздоровления от нашего 70-ти летнего рабства оказался очень длинным, как вот тот самый библейский путь евреев через пустыню, но нет на то совета, таким ли путем мы пошли… В каком-то смысле (Оранжевая революция) я бы сказала так: это была своеобразная война за смену элит. И в этом смысле можно сказать, что это выполнить не удалось, но и это задание было не главным, не к реализации в тех контекстах».

Поэтому мы снова ставим вопрос, всегда ли люди готовы быть последовательными создателями и свободными по собственной воле? Не бегут ли они сегодня от свободы, как от тяжелого бремени, от собственной ответственности за свободу? Кто больше виноват в этом: элиты или массы?