Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Начиная с викингов, государство на наших землях всегда было внешним и откровенно захватническим институтом. Не говоря уже о том, что были времена, когда его толком здесь и не было, а люди все равно жили. За последние 20 лет государство так и не стало украинцам своим и полезным, иначе разве стало бы оно во время войны разоружать добровольцев и мешать волонтерам.

На заре независимости никто особенно не скрывал того обстоятельства, что украинцы как бы не совсем «государственная» нация. «Своего» государства у украинцев не было, грустили наши державники, отсюда, мол, все проблемы.

Со временем, правда, пропагандисты спохватились, и начали петь на новый лад, сваливая грех безгосударственности на козни иностранцев, пятых колонн и предателей. Но, в целом, «обвиняя» украинцев в «негосударственности», они были правы. Начиная с викингов, которые промышляли у нас работорговлей, государство всегда здесь было внешним и откровенно захватническим институтом, не говоря уже о том, что были времена, когда его толком и не было, а люди все равно жили.

Как выключить государство? 20 лет украинцам внушают, что это теперь «их» государство и что это хорошо. Но украинцы не верят и сопротивляются.

Об этом говорят даже не столько разнообразные «рейтинги доверия», где государство всегда пасет задних, сколько практика и логика. Судите сами. Если у вас отобрали некую полезную вещь и потом она к вам каким-то чудом вернулась (а государство считается очень, очень полезной вещью), то вы ведь радостно начнете использовать её по назначению, следить, чтобы там все работало. При этом как бы не логично ожидать от вас каких-то непонятных истерик, шаманских плясок с бубном, вот есть вещь, вот она работает и приносит пользу, зачем тут пляски и эмоции?

Разумеется, ничего этого не было. Никто не взял государство не включил его в розетку и не пошел дальше спокойно заниматься своими делами. Украинцы относились к «своему» государству так же, как к чужому – никакого радостного «ага!» не прозвучало, как не наступило и последующего деловитого спокойствия.

Ну вот, простой же вопрос, если государство «своё», то есть, принадлежит нам и нами используется, то пусть кто-то объяснит, как и зачем оно работает. Не могут. Вопросы кажутся простыми, а при честной попытке ответить выяснится, что ответить нельзя.

Так не бывает со «своими» и необходимыми для жизни предметами. При этом понятно, что большинство не расскажет, как работает тот же компьютер. Но не об этом речь. Каждый знает, зачем ему компьютер. Каждый знает, где у него кнопка. И каждый расскажет, какие программы он использует и укажет иконку на рабочем столе, куда нужно тыкать двойным кликом LMB (Left Mouse Button – левая кнопка мышки). Каждый знает, как выключить и включить и объяснит, почему он включает и выключает. С «необходимым для жизни» государством все не так. Где у него кнопка? Как его включить? А как выключить?

Колбасы много не бывает. А партий?

Если бы государство было «своим» и «необходимым», то та же прогрессивная общественность не проявляла бы чудеса кретинизма, а мыслила бы рационально, как мыслят относительно полезных в хозяйстве вещей. Не было бы криков, скажем, об «отзыве депутатов» или даже «уголовной ответственности чиновников за результаты работы», не было бы метаний в симпатиях от мажоритарной системы выборов к пропорциональной и обратно в течение одного года. И никто бы и не заикался об отмене депутатской неприкосновенности, поскольку её существование абсолютно рационально, если допустить, конечно, что государство – это некая полезная вещь, которой мы управляем.

Очевидно, что кретинизм общественности вызван тем простым обстоятельством, что государство не «наше» и мы им совсем не управляем. «Наказать» и «тащить и не пущать» – все это выдает бессилие прогрессивной общественности, которая не только не знает, как устроено государство, но и не имеет никакого доступа к нему и не может влиять на его поведение.

С так называемыми «простыми людьми» дело обстоит еще лучше

Все 20 лет, пока мы наслаждаемся «своим» государством, простые люди делают все, чтобы как-то от него защититься. Отношение у них к этому делу однозначное – все, что связано с государством, ими отторгается. В этом смысле показательно то, как они относятся к партиям.

Думаю, всем, кто когда-либо писал о политике, приходилось слышать сетования на то, что у нас «слишком много партий». При этом эти люди часто догадываются о том, что партия, в общем-то, не госструктура, то есть налоги на её существование платить не нужно. Если бы государство было «своим», то партии, как это и положено по теории, воспринимались бы как «инструмент гражданского общества по формированию политики государства». И разнообразие партий было бы плюсом. Если бы они и государство были бы полезны, конечно. Мне не приходилось сталкиваться с мнением, что у нас «слишком много» сортов колбасы, например. Видимо, это потому, что колбаса – все-таки, полезная в хозяйстве штука.

Если бы государство действительно было бы полезным, публика не вытворяла бы на выборах черт-те что, а пристально изучала бы предвыборные программы.

Да, и поплевав на партии, эти же люди голосуют за Януковича или Тимошенко. То есть, за героев сериала, которые «щас всем покажут». Если бы государство действительно было бы полезным, публика не вытворяла бы на выборах черт-те что, а пристально изучала бы предвыборные программы. Я уже не говорю о том, что никакого «всеобщего избирательного права» в случае реальной, а не мнимой пользы государства никогда бы не было. Ну и, наконец, во время войны «полезное», да еще и «свое» государство не станет забирать у людей оружие. Оно станет его раздавать. «Свое» государство не станет разоружать добровольцев и мешать волонтерам.

А вообще говоря, сначала появляется осознание потребности, а затем ищутся средства для её удовлетворения. В процессе деятельности средства совершенствуются. Такая вот механика. И вещи, практики и институты являются «своими» и «полезными» только тогда, когда такую механику можно проследить в их появлении на свет и использовании.

С государством этого никак не получается. Похоже, оно, все-таки, не для того там сидит.

Владимир Золоторев