Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Чем дальше, тем больше убеждаюсь, что задача российской пропаганды – не обмануть, а дать повод, для того чтобы раскрыть в людях то худшее, что в них заложено. Создать условия для кратковременной искусственной шизофрении, когда человеку предлагают поначалу прикрыть фиговым листом ту подлость и гнусь, на которую ему на самом деле хочется пойти.

Ведь вот эти вот смешные байки про то, что русских солдат нет в Украине, – в них реально никто не верит и не верил. Сами россияне прежде всего. Помните интервью Каныгина с тем луноликим танкистом? Человек все понимал. Понимал с самого начала. Родня его понимала. Все все понимали. Многие даже радовались искренне, как же классно, что можно так нагло врать, а тебе за это ничего не будет.

А теперь потребность в фиговом листке понемногу отпадает. Сначала это интервью, где 70% проукраинского населения – не повод сомневаться в необходимости "освобождения". Теперь еще замечательный ролик "Я русский оккупант"? Ведь уже не стыдно называть себя оккупантом. Сие слово еще пытаются облечь в обертку красивых псевдоисторических пояснений, но само право под любым предлогом лезть в близлежащие страны уже не поддается сомнению. Но главное – чем дальше, тем меньше у людей будет необходимость как-то объяснять свое желание убивать и изживать комплекс неполноценности за счет унижения других.

Задачей пропаганды было не скрыть поджоги, грабежи, убийства и еблю гусей. Пропаганда должна была создавать временное самооправдание для того, почему приходится жечь, грабить, убивать и насиловать пернатых. Создавать ровно до тех пор, пока ложный стыд будет отброшен и можно себе признаться, что все просиходит исключительно самого процесса ради.

Путина любят не из-за веры в телевизор. Путина любят за то, что разрешил оскотиниться и помог с помощью телевизора комфортно перейти в животное состояние

В тот момент, когда окончательно придет осознание того, что хрюкать не стыдно, в телевизоре уже не будет никакой потребности. И вот чем дальше, тем больше мне кажется, что этот момент уже почти наступил.

Oleksandr Holubov