Вопрос о терминах пока что не определен. Как говорят ученые: о терминах не спорят – о них договариваются. Однако вопрос с терминами "Вторая мировая война" против "Великая отечественная война", похоже, стоит очень остро и к границе договорённости не доходит. Так и топчемся на уровне споров. Ниже привожу статью современного историка Юрия Шаповала, которая просто и понятно раскрывает ситуацию со всех сторон.

Каждый из нас имеет право фильтровать лирику от фактов. Потому предлагаю сконцентрироваться нименно на фактах и цифрах. Скопировать их отдельно в файл и начать изучать…

Статья о Великой отечественной войне…

Два тома тиражом три тысячи экземпляров. А название-то какое: "Україна в Другій світовій війні: погляд з ХХІ століття". Наконец–то написали не УССР, а Украина. Прогресс! Значит, смотрим на инфернальные события 1939–1945 гг. с киевских холмов, а не с каких-то других. Значит, доросли до способности думать о себе, не оглядываясь на то, что скажут соседи . Впрочем, соседи уже сказали. Читаем: "По поводу наших отношений с Украиной… Я позволю с вами не согласиться, когда вы сейчас сказали, что если бы мы были разделены, мы не победили бы в войне. Мы все равно бы победили, потому что мы – страна победителей". Это слова президента России Владимира Путина. И это еще не все. Приобщая журналистов и широкую публику к собственным знаниям, он утверждал, что статистика времен Второй мировой якобы свидетельствует, что наибольшие потери понесла именно Россия – более 70%: "Это значит, что война выиграна – не хочу никого обижать – за счет индустриальных ресурсов РФ. Это исторический факт, это все в документах".

Ну, полно-те, господин президент. Что-то вас занесло. К концу ноября 1942 г. немецкие оккупанты захватили около 2 млн. кв. км территории тогдашнего Советского Союза, на которой проживало 85 млн. человек. А знаете, сколько из них было в Украине – 41,7 млн. Немцы оккупировали только 17% территории России с населением в 27 млн. человек. И вы хотите сказать, что пострадали больше всех? А материальные ресурсы, которые переместили из Украины на Восток, и так и не вернули обратно? Будем считать, чьи это материальные ресурсы? Впрочем, спорить с политиками, как мудро написал когда-то русский классик, все равно "что воду черпать решетом". Вернемся к двухтомнику окопной войны.

Вступительная статья под названием "Історіописання Другої світової війни як самостійна субдисципліна" в начале звучит почти так же мощно, как интродукция Первого концерта для фортепиано с оркестром Петра Чайковского. Особое внимание привлекла часть "Термінологічна "війна", где говорится об идеологеме "Великая Отечественная война". Констатируя, что после августа 1991 г. в Украине употребление параллельных упомянутой дефиниций наталкивалось на особое сопротивление, автор отмечает, что всех, кто предлагал говорить о Второй мировой войне , обвиняли в святотатстве, оскорблении памяти павших и тех, кто сражался в рядах Красной Армии.

По мнению автора статьи, употреблять понятие "германско-советская война" можно только как лишенное идеологической нагрузки, для определения событий (окопной войны), не укладывающихся в несколько более узкое смысловое поле идеологемы "Великая Отечественная война". Это, например, отношения с западными союзниками по Антигитлеровской коалиции. Участие советских граждан в европейском Движении сопротивления и иностранцев в составе частей и соединений, сформированных на территории СССР, украинское и польское национально-освободительные движения, военный плен, репатриация и т. д. Не вписывается в понятие "Великая Отечественная война" и капитуляция Японии в сентябре 1945 г.

"Браво!" – хочется сказать автору статьи, который является ответственным редактором издания. Но, как выясняется дальше, не следует торопиться с комплиментами. Автор "выруливает" на тему о том, что даже при всех недостатках понятие "Великая Отечественная война" олицетворяет содержание целого спектра явлений (мобилизация советских людей на борьбу с оккупантами, участие в действиях Красной Армии и нерегулярных вооруженных формирований, патриотические проявления и даже историческая память).

И вот он "сухой остаток", вывод: "Игнорировать эти обстоятельства – значит впадать в другую крайность и тенденциозность". Теперь уже не удивительно, что в двухтомнике в разделе "Початок Другої світової війни. Бойові дії на німецько-радянському фронті" можно найти раздел "Стратегічні та фронтові операції Великої Вітчизняної війни на теренах України". Так что все довольны – и Вторая мировая присутствует, и Великую Отечественную не забыли. Это в двухтомнике, жанр которого обозначен как "научно-популярный".

А в современных учебниках и пособиях можно найти еще более интересные попытки "скрестить" Великую Отечественную с Украиной, "украинизировать" ту, уже несуществующую советскую Родину. Например, авторы одного из пособий для старшеклассников и абитуриентов пишут: "22 июня 1941 г. нападением нацистской Германии на СССР начался новый этап Второй мировой войны. Народ назвал её Великой Отечественной войной, потому что в ней защищал свое Отечество – Украину". И это все написано профессиональными историками. Что же это за явление – "Великая Отечественная война"? Кто же изобрел эту формулу, действующую на часть ученых (о политиках не говорю), как удав на кролика?

Изобретатели Великой отечественной войны

22 июня 1941 г. посол Германии в Москве Вернер фон дер Шуленбург ранним утром передал заместителю председателя Совета Народных Комиссаров СССР и наркому иностранных дел Вячеславу Молотову документ об объявлении войны – Ноту Министерства иностранных дел Германии советскому правительству. Такой же документ был передан нацистским министром иностранных дел Иоахимом фон Риббентропом советскому послу в Берлине Владимиру Деканозову. В тот же день Молотов в радиообращении, в частности, сказал: "Германское правительство решило выступить войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы".

Именно в этом выступлении впервые было сказано о том, что в свое время русский народ развернул против Наполеона отечественную войну. Сейчас "Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну". На следующий день газета "Правда", официоз большевистской партии, посвятила войне все свои страницы. Кроме выступления Молотова здесь появилась статья академика Емельяна Ярославского "Великая отечественная война советского народа".

И тут нужно отдать должное этому сталинскому академику, автору одной из самых отвратительных панегирических книг о Сталине (вышла в 1939 г.). В партийных кулуарах Минея Губельмана (известного под псевдонимом Емельян Ярославский) называли "советский поп", поскольку он был автором известных и тиражируемых в свое время в Советском Сoюзе антирелигиозных публикаций (например, "Библии для верующих и неверующих"), председателем Союза воинствующих безбожников. Крутой, кстати, был председатель, требовал даже запретить исполнять церковную музыку (Баха, Генделя, Моцарта). Союз безбожников Сталин разгонит осенью 1941 г., а благодарный глава Русской Православной Церкви митрополит Сергий в ноябре 1942-го, – словно иронизируя над Ярославским, – назовет Сталина "Богом избранным вождем".

Так вот, Ярославский в очень короткий срок создал ту идеологическую матрицу, которую будут нещадно эксплуатировать партийные пропагандисты. И во время войны, и после. В первую очередь, сама формула "Великая Отечественная" (оба слова сначала писали со строчных букв) должна была создавать иллюзию единого Отечества, которое должны защищать все народы СССР. Таким образом, вопреки реалиям было "подсказано", как следует трактовать события войны. Часть русских, украинцев, белорусов и других "детей разных народов" ждет прихода немцев с иллюзиями на освобождение от коммунистически-колхозного "рая" – но это не имеет значения. В Красной Армии высокий уровень дезертирства и добровольной сдачи в плен – но это не имеет значения. Часть народов питает надежды на развал СССР и создание собственных государств – но это не имеет значения.

…Помню стихотворение Константина Симонова о 22 июня 1941-го:
Тот самый длинный день в году
С его безоблачной погодой
Нам выдал общую беду –
На всех. На все четыре года…

Вот! Это оно! То, что было нужно власти – "общая беда". Без нюансов, без полутонов, без понимания того, что общество после коммунистических экспериментов над ним не могло быть монолитным. Не могло – значит, нужно создать иллюзию монолитности, и формула "Великая Отечественная" прекрасно подходила для этой цели. Именно Ярославскому принадлежит знаменитое "Враг будет разбит, победа будет за нами!", приписанное потом Сталину. В конце концов, именно в статье Ярославского находим призывы к освобождению страны (которые бездумно повторяют до сих пор в Украине, не понимая, что ни одна из тоталитарных систем НЕ могла людей ОСВОБОЖДАТЬ, а могла только бороться друг с другом).

Справедливости ради замечу, что "Великая Отечественная" – это не было know how Ярославского. Он взял за основу уже имеющуюся в России традицию. Утверждают, что первым это понятие употребил русский писатель Ф.Глинка, описывая кампанию против наполеоновских войск. Затем его имплементировал в российскую историографию Александр Михайловский-Данилевский. Особое распространение формула приобрела благодаря знаменитому роману Льва Толстого "Война и мир". Так что Ярославский удачно воспользовался традицией, которая работала.

Великая отечественная окопная война работает

"Отечественная война обязывает нас показать героическое прошлое нашего народа не только в тех классах, где это связано с программным материалом (8–10 классы), но и во всех других классах школы. Первым шагом работы педагога в этом году, от 1-го до 10-го класса, должно стать ознакомление учащихся с великой отечественной войной советского народа против германского фашизма". Представьте себе, именно так было написано в августе 1941 г. в одном из методических изданий для учителей. Я полистал учебники, изданные в Украине в 2011–2012 гг., в частности, для учащихся 11-х классов. И везде непременно присутствует формула "Великая Отечественная".

В одном из учебников читаем: "Во время Великой Отечественной войны Украине выпала особая роль. На её территории было сосредоточено около половины Действующей армии СССР. Народ Украины внес большой вклад в разгром врага, что стало основой для решения двух важных составляющих "украинского вопроса" – урегулирование проблемы западных границ СССР и её реального выхода на международную арену".

…Читаю – и словно оказываюсь в Wonderland'е. А где же тот реальный "самый длинный день в году"? Начав отступление, коммунистическая власть приказала расстрелять 9000 политических заключенных, остававшихся в тюрьмах. Это были не только приговоренные к длительным срокам, но и те, кого власть считала "ненадежным элементом", те, кого арестовали перед приходом немцев.

Где совместный приказ НКГБ, НКВД и Генерального прокурора СССР от 29 июня 1941 г., согласно которому всех сдавшихся в плен приравняли к предателям Родины? Где сталинский приказ от 16 августа 1941 г. №270? Сдавшиеся в плен командиры и политработники объявлялись злостными дезертирами, а их семьи подлежали аресту и ссылке.

В сентябре 1941 г. немцы форсировали Днепр. На армии Юго-Западного фронта надвинулась угроза окружения. Однако Сталин приказал удерживать Киев. 15 сентября четыре армии оказались в "котле" (это более 600 тыс. красноармейцев, подавляющее большинство которых оказались в плену). А всего за годы войны в плен попали 5,7 млн. советских военнослужащих, судьба которых стала трагической .

Руководство СССР мобилизовало гражданских партийных работников из числа технической, гуманитарной интеллигенции, партийных функционеров. Кроме того, осуществлялись массовые, скрытые мобилизации резервистов с целью создания новых воинских частей и соединений. Были мобилизованы без официального объявления мобилизации (!) около 800 тыс. запасных лиц и переброшены в западные округа пять армий из южных и восточных районов страны. Тайные мобилизации позволили советскому командованию с января 1939-го по июнь 1941 г. сформировать в Красной Армии 125 новых дивизий.

Принимались и другие меры, которые не рекламировали. Например, 12 июля 1941 г. Президиум Верховного Совета СССР принял решение о досрочном освобождении некоторых категорий заключенных (осужденных за прогулы, бытовые, должностные и хозяйственные преступления) и направлении их в Красную Армию. Главное управление лагерей (ГУЛАГ) передало в 1941 г. Красной Армии 420 тыс. заключенных.

Однако, как оказалось, все это не давало желаемых результатов. И режим настойчиво искал способы "стимулировать" героизм. Вот лишь несколько фактов. 12 сентября 1941 г. Сталин издал тайный приказ №00 1919 о создании в прифронтовом тылу заградотрядов из войск НКВД. Они имели задание пулеметным огнем останавливать отступающие воинские части или группы военнослужащих. 17 ноября 1941 г. постановлением Государственного комитета обороны № 903сс расширены права Особого совещания (ОСО) при наркоме внутренних дел СССР. Теперь оно могло определять меру наказания, включая расстрел. Это право сохранялось до 1 сентября 1953 г., то есть до окончательной ликвидации ОСО.

28 июля 1942 г. появился приказ №227, известный под названием "Ни шагу назад!". В нем упор делался на репрессивных мерах против бойцов и командиров. Сталин остался верен своей привычке всю вину за неудачи перекладывать на людей, часто невинных, как это было в начале войны. Приказом формировались штрафные роты и батальоны. Разрешалось снимать с должностей командующих армий, командиров и комиссаров корпусов, дивизий, полков за "самовольное" отступление. Эти меры порой приводили к бессмысленной гибели целых подразделений, частей и соединений, поскольку командиры не имели права отводить их без разрешения с целью маневра, перегруппировки и т. д.

В конце концов, где преступления коммунистического режима, совершенные при выполнении и перевыполнении сталинской политики "выжженной земли", когда коммунистическая власть отступала на восток? Раньше об этом нельзя было даже упоминать, но сейчас напечатано столько материалов, что не нужно ничего придумывать.

Например, почему бы не написать, что не нацисты, а коммунистическая власть при эвакуации в Запорожье взорвала Днепрогэс 18 августа 1941 г.? После этого Запорожье оборонялось еще полтора месяца, и станция могла бы приносить пользу. Более того, когда плотину взорвали, погибли, по меньшей мере, от 20 до 30 тыс. человек. Не немцев, а тех самых "советских людей", поскольку они просто не знали, что готовится подрыв. Специалисты утверждают: если бы подрыв осуществили в день, когда оставляли город (4 октября), то ни о каких существенных потерях речи бы не было. Армия и ополченцы уже отступили от Днепра, и поток беженцев покатился дальше на восток. Да и вообще взрывать плотину не было бы необходимости. Немцы уже были на левом берегу выше и ниже по Днепру, и наличие или отсутствие переправы в Запорожье их мало волновало. Поэтому достаточно было бы вывести из строя только агрегаты станции. Мощный взрыв, поднявший в воздух более четверти плотины (135 из 600 м), оказался полной неожиданностью для командования фронта.

В боевом донесении штаба Южного фронта Верховному Главнокомандующему от 19 августа говорилось: "Как установлено следствием, подрыв плотины и Днепровской ГЭС осуществлен без разрешения, самовольно подполковником Петровским и представителем Генштаба, начальником отдельного научно-исследовательского военно-инженерного института (г. Москва), военным инженером 1-го ранга Еповым, который на предварительном следствии показал, что он лично распорядился осуществить взрыв, объясняя тем, что получил указание от начальника Отдела военно-инженерного управления штаба Южного фронта подполковника Петровского. Петровский на предварительном допросе заявил, что такой приказ он не давал. Петровский и Епов арестованы, ведется следствие. Преждевременный подрыв моста и плотины осложнил обстановку боя, вызвал ненужные жертвы, облегчил противнику условия форсирования реки Днепр".

Понятно, что Петровский и Епов не могли действовать самовольно. Как выяснилось, они получили директиву из Москвы. А потому по распоряжению из Москвы их с извинениями освободили из-под ареста. Вскоре они уже взрывали Волховскую ГЭС, а в течение войны выполняли специальные секретные задания на разных фронтах. Но и это не столь важно. А знаете, что важно? То, как упомянутая трагическая ситуация породила миф. Вот как вспоминает о нем один из исследователей: "В марте 1942 г. писатель Савва Голованивский изобразил эпическую картину битвы за Запорожье. Советские воины были похожи на львов и стояли непоколебимо. Потери гитлеровцев достигали астрономических цифр. Но их генералы не жалели человеческой крови и, перекрывая Днепр окровавленными телами своих солдат, снова и снова бросали в реку новые полчища". Чтобы остановить врага, мол, и пришлось подорвать гидростанцию. Это описание стало своеобразным клише для тех, кто в дальнейшем обращался к проблеме. Даже в публикациях уже в постсоветской Украине можно было найти рассказы о запорожских "панфиловцах" – бойцах одной из батарей зенитно-артиллерийского полка, прикрывавшего Днепрогэс. Задержав на 10 часов врага на правом берегу, эти мифические герои позволили высадить плотину, что, в свою очередь, сорвало далеко идущие стратегические планы немцев… Это только один пример из огромной массы для более глубокого понимания "отечественности" происходившего в 1941 г., для понимания того, как на самом деле государство относилось к своим гражданам, и, наконец, понимания, как можно "интерпретировать" события в свою пользу.

Что делать с термином Великая отечественная война?

Несомненно, необходима широкая дискуссия на тему места и реальной роли Украины в период Второй мировой войны. Все разговоры о "сложности", "деликатности", "неоднозначности" темы только отвлекают от обсуждения по сути того, что уже давно пора обсудить. Теперь вернемся к двухтомнику.

Автор вступительной статьи замечает: "Очевидно, украинскому социуму и властям придется еще долго преодолевать негативные последствия войны, давать адекватный ответ на связанные с ней вызовы. И от того, каким образом и на каком уровне это будет сделано, зависит, так сказать, индекс нашей цивилизованности и приближения к развитому гражданскому обществу". Такое впечатление, что эти слова писал не профессиональный историк, а дипломат талейрановского разлива…

У властей и у украинского социума сейчас (как ни странно) общая задача: выжить. Понимают они эту задачу по-разному, но это – правда. Так что догадайтесь, до какого места им война. Поэтому полагаться нужно на себя, а с собой не стоит лукавить. Не следует становиться в позу: и та группа исследователей что-то там не так понимает, и та не так мыслит, и те предвзятые. А судьи кто? Что сделали мы, историки, для реалистического понимания такой простой мысли: окопная война – это, в первую очередь, не героизм, не патетика, а трагедия, беда , коллапс материальный и духовный? Что сделали мы, чтобы власть (имею в виду всех четырех президентов Украины) поняла: нельзя праздновать 9 мая – этот день может быть только Днем памяти, как принято сегодня во всех нормальных странах? Что сделали мы, дабы публичные обсуждения исторических проблем, которые того требуют, стали традиционными (так, например, как у поляков с волынскими событиями 1943 г.)? Ни на один из заданных вопросов, к сожалению, нельзя ответить положительно. Вот почему и об "индексе нашей цивилизованности" нет оснований говорить. Какая уж там цивилизованность…

…В свое время английский писатель Джордж Оруэлл писал: "Ничто так не привело к искажению… понятия социализм, как взгляд, убежденность, мнение что Россия – социалистическая страна, и что каждый поступок властителей России заслуживает прощения, если не подражания. Вот потому-то за последние десять лет у меня выработалось убеждение, что если мы хотим возродить социалистическое движение, то уничтожение советского мифа является необходимой предпосылкой".

Есть смысл прислушаться к этим словам, поскольку Оруэлл пережил увлечение левыми идеями и искренне верил в социальную справедливость. Его высказывания из романа "1984" стали хрестоматийными для каждого интеллектуала. Например, "Война – это мир", "Свобода – это рабство", "Незнание – сила". Благодаря роману Оруэлла в политологической литературе и публицистике возник термин "оруэллизм" – манипулирование понятиями и фактами, искажение истории, контроль сознания для укрепления политической власти. По Оруэллу, тот, кто контролирует прошлое, – контролирует будущее, тот, кто контролирует настоящее, – контролирует прошлое. Именно поэтому ни история как минувшее событие, ни история как сообщение о событии не существует. Есть только сиюминутность, истинность которой подтверждается фальшивыми сообщениями о прошлом.

Сиюминутность, конечно, есть. Однако есть и прошлое. И оно может жестоко отомстить за легкомысленное отношение к себе, тем более, когда речь идет о такой серьезной вещи, как война

blog comments powered by DISQUS вверх