Война России в Крыму против Украины не сильно изменила общественное мнение среди граждан России

Общественное мнение в РФ не показала большого возмущения от начавшейся войны. Увы, но война России в Крыму против Украины не сильно изменила общественное мнение среди граждан России.

Странный вид имеет война в эпоху информационных технологий! На границе сосредоточены сотни тысяч «братьев» в танках, в Крыму пролилась первая кровь, а в Киеве в продаже, как и ранее, российские газеты с трогательными репортажами об учтивом обращении захватчиков на оккупированной территории и их радостном приветствии местными аборигенами.

В некоторых кабельных сетях до сих пор транслируют российские телеканалы (операторы их не выключают, ссылаясь на спрос зрителей так, будто до тех пор к этому прислушались). Ну и в довершение, на «Первом» в прямом эфире – шоу Императора по поводу присоединения новых земель. Жест свободовцев в отношении шефа «первой кнопки» отвратительный, но не потому, что он того не заслуживает, а потому что это жест – игра на камеру.

Ища исторические аналогии, можно представить ситуацию, когда в Британии 1940 года после бомбардировки Ковентри в киосках и в дальнейшем свободно продается немецкая V?lkischer Beobachter, а радиостанция ВВС ради полноты информационной картины берет по телефону интервью у командующего Люфтваффе рейхсмаршала Герінга. Но есть все же и позитив: можно беспрепятственно узнать о планах и мотивации противника, оценить его боевой дух и намерения, составить представление о том, что же у него в голове. А там такое!..

Хотят ли русские войны?

«Хотят ли русские войны?» – спросил 53 года назад российский поэт Евтушенко. Звучало это риторически: конечно же, не хотят, а если где и играют мускулами, то это только такая борьба за мир. Тепер Евгений Евтушенко живет в городе Талса, штат Оклахома, на который того самого далекого 1961 года нацелили советские ракеты с Кубы, а российское «принуждение к миру» происходит не где-то там в Закавказье, а непосредственно у границ объединенной Европы.

Тем временем стиль российской прессы, которая в 1990-е уже вроде бы стала похожа на человека, сейчас снова неосязаемо напоминает газету «Правда» времен холодной войны, а интонации телеведущих похожи на те, что были у диктора Левитана, когда он читал заявления правительственного агентства ТАСС, – эта эстетика является безошибочным знаком преемственности как российской внешней политики, так и общественного сознания.

Таблоиды России (РФ) вслед за чиновниками рассказывают о фашистах, которые после коварной кровавой победы на Майдане принялись резать москалей на Харьковщине, в Донбассе и в Крыму, о 143 тыс. беженцах, которые бегут от них в братскую Россию, о несчастных схидняках, которые не могут дождаться с хлебом-солью российского солдата-освободителя, об экономических выгодах от присоединения Крыма к матушке-России. А вот о десанте гопников навеселе из Белгорода и Ростова, которые автобусами едут в областные центры Востока бить морду бандерам и срывать украинские флаги, наоборот, не пишут ничего.

Российская «качественная» пресса изображает события иногда выборочно критически, но это уже где-то там глубоко, а на первых полосах газет, на главных страницах сайтов все более-менее спокойно: закрытие Паралимпиады, затерянный малайзийский самолет, премьера второй серии «Нимфоманки» фон Триера. Адекватно ведет себя разве что оппозиционная «Новая газета», но она одна…

Можно уверенно утверждать, что никакого особого возмущения от начавшейся войны общественное мнение «братской» страны не продемонстрировала

В первые дни агрессии в Москве собралось на Манежной площади едва несколько сотен человек – конечно же, их избили. Через неделю в столице РФ протестировали уже тысяч пятьдесят. Добрые, искренние, ответственные русские, но их количество не выдерживает сравнения с толпой, которая в минувший вторник вышла на Красную площадь праздновать «воссоединения» с маленькой частичкой Украины, говорят, там было 120 тыс. человек.

В противовес отвратительным письмам поддержки «политики партии и правительства», инициированным или Министерством культуры, то ли Союзом кинематографистов, появились заявления писателей, правозащитников, кинодеятелей, ученых, экологов, рок-звезд.

Удивительно не то, что они появились, спасая саму репутацию ответственного звания российского интеллигента, а то, что в противоположном лагере кроме приспособленцев оказались тоже вполне уважаемые люди, бывшие любимцы, в частности, и наших читателей и зрителей, фигуры, которые умудрились не запятнать себя во времена СССР. Вряд ли несчастной России после такого удастся выздороветь в обозримом будущем.

Но следует отметить, что даже в выступлениях протеста речь идет прежде всего о пагубности агрессивного курса для экономики РФ и самой её государственности, а также о том, готовы ли российские матери посылать на смерть своих мальчиков. Вопрос об украинских солдатах, которым будут нести смерть русские солдаты, поднимают разве что во вторую очередь.

Что же касается среднего россиянина, то его новая война в Крыму вообще не пугает

Поэтому получается, что войну проглотила по факту вся Россия – не только глубинная, футбольно-шансонна, но и либеральная, «белоленточная». Нормальный россиянин предыдущих эпох, воспитанный на Толстом, Некрасове, Салтикове-Щедрине, то на Галичи, Окуджаве, братьях Стругацких, должен бы ужаснуться.

Михаил Ходорковский, бывший олигарх, бывший заключенный, а ныне эмигрант, на недавно убеждал Майдан и студентов Киевской политехники в существовании «другой России», которая ненавидит Путина, а агрессии стесняется. Очевидно, она есть. Даже в железобетонном СССР нашлось восемь смельчаков, которые вышли на демонстрацию под стены Кремля против оккупации Чехословакии, остальные если и были, то молча негодовали на кухнях.

Теперь риск не такой, поэтому смельчаков больше, но как тогда, так и сегодня, не они определяют лицо страны. Его определяют те фантастические, недоступные 71,6% граждан, которые, согласно опросам, одобряют политику Владимира Путина после начала крымской авантюры. И хотя замеры Всероссийского центра исследования общественного мнения (ВЦИОМ), как и прежде безупречного Левада-Центра, последние несколько лет приходится воспринимать с соответствующей поправкой, разумеется, без термометра, что аннексия Крыма россиянам нравится.

Говорить о влиянии одной лишь российской пропаганды трудно

Интересно исследовать публикации в лояльной прессе относительно непосредственно событий на полуострове. Репортеры, в частности, нашли обтекаемую формулу, как описывать солдат оккупационной армии: «вежливые люди с автоматами» (у нас нашли остроумнее выражение – «зеленые человечки»). Ведь Путин в начале агрессии заверил, что российской армии в Крыму нет, а есть одни только силы самообороны. А поскольку тренированные парни в униформе РФ без знаков отличия с российской штатным оружием на самооборону как-то не похожи, лучше пользоваться эвфемизмами.

Все всё понимают и получают огромное удовольствие. Это специфический кайф от реализации спокойной хамского бесконтрольной силы, которой якобы ничего противопоставить. Россиянам нравится чувствовать себя сильными, осознавать, что ни один чурка, пиндос и хохол ничего им за это не сделает. «Наша Раша»…

Если официальные представители жандарма Европы вроде Лаврова или, прошу прощения, Чуркина вынуждены как-то фильтровать дискурс и из-за этого постоянно путаются в показаниях, остальные околопутинские артикуляторы не слишком стесняются расставлять точки над «и».

Придворный политолог Сергей Марков откровенно заявляет: «Россия готова защищать права русскоязычных не только в Крыму, но и везде в Украине, где они нарушаются». Этот тезис провоцирует естественный вопрос: если РФ – многонациональное государство, то почему она занимается, собственно, только русскоязычными гражданами чужой страны и почему бы не поинтересоваться притеснениями чукотской, коряцкой или ительменськой групп, допустим, в соседних Соединенных Штатах?

Понятно, что речь идет не только о параноидальном страхе от расширения НАТО на восток (именно такие действия неизбежно его провоцируют), но и о неудержимые претензии на восстановление всего пространства бывшей империи. О степени решимости в этом направлении свидетельствует высказывание другого вполне официального лица – бывшего думского фрика, а ныне вице-премьера по оборонным вопросам Дмитрия Рогозина, который еще в Крыму, в декабре, публично ex cathedra заявил, что его страна готова применить ядерное оружие в случае, если его прижмут.

Ну и куда же без новейшего императорского фаворита Дмитрия Киселева, который вряд ли без соответствующих полномочий напомнил бы о ядерном потенциале своей Империи зла?

Совсем в традициях государства, как кто-то метко пошутил: «Войны не будет, но будет такая борьба за мир, что камня на камне не останется». Впрочем, после грузинской кампании в кремлевском обращении находится усовершенствованная формула: «принуждение к миру». Под таким лозунгом можно дойти и до Гибралтара, и в Константинополь.

Неужели российское общество настолько лишенное иммунитета от неприличной имперской болезни, что самого слова «фашист» достаточно, чтобы забыть строки своего теперь уже классика и бросаться защищать своих братьев везде, где об этом не просили?

Нет, другая Россия действительно есть, и украинцы должны быть благодарны и волонтерам, которые стояли на Майдане под триколором, и немногочисленным смельчакам, которые не побоялись заявить о своем несогласии с главным трендом. Их поступок тем более достоин уважения, потому что против них были не только и не столько полицейские с дубинками, сколько простые россияне, которые включали режим sancta simplicitas и били еретиков, плевали в них, вырывали у них плакаты, стихийно и добровольно поддерживая национального лидера.

Еще раз и еще раз: именно они, к сожалению, представляют Россию, забывая, что их искреннее, упорное бескомпромиссное поведение лучше всего описывается ненавистным им словосочетанием «обыкновенный фашизм».

blog comments powered by DISQUS вверх